Привязанности, которая основана на зависимости, а не на любви. Вам нужно быть начеку. Пуповина может также означать отсутствие вашей индивидуальности. Обрезать пуповину — вы становитесь самодостаточным. Если вы с кем-то соединены пуповиной — вы очень тяготитесь своей зависимостью, не можете стать другим человеком.

Три психологических теории, подтверждающих важность матери для ребенка

Ребенок и родитель соединены особой, взаимопроникающей связью. Недаром после заповедей о любви к Богу следует заповедь о почитании родителей. Святитель Феофан Затворник говорит: «Есть непостижимая для нас связь души родителей с душою детей». Она, эта связь, выражается как в генетике и результатах воспитания, так и в воздействии некоей таинственной молитвенной сопричастности или «эстафеты духовной жизни», по которой доброе и злое наследуются через поколения. Когда кто-нибудь оставляет греховную жизнь и обращается к Богу, тут помимо прочего усматривают связь с наличием в роду людей благочестивой жизни.

Близка к этому и народная мудрость: «Дитятко что тесто: как замесил, так и выросло». В традиционной трактовке важность семейного воспитания не нуждается в доказательствах. Интерес представляют, однако, данные современной психологии, раскрывающие подробности взаимоотношений ребенка с матерью и отцом в первый, начальный период его жизни. В настоящей публикации мы поговорим о трех наиболее заметных и распространенных психологических концепциях: теории привязанности, теории запечатления (импринтинга) и теории семейных систем.

Теория привязанности

Сам Боулби в детстве страдал от одиночества. Трехлетним ребенком он пережил болезненное расставание с любимой няней. Мальчик принадлежал к состоятельной английской семье, отец его много работал и был всегда занят, контакт с матерью был также ограничен: ею на общение с детьми выделялось обычно не более одного часа в день, всегда в строго определенное время. Зная биографические подробности, нетрудно понять, почему Боулби заинтересовали вопросы привязанности.

Клиническое открытие состояло в том, что разлуки, потери и недостаток родительского внимания оказывают огромное влияние на развитие личности и последующий жизненный путь. Сообщения Дж. Боулби по темам «44 малолетних вора: их характеры и жизнь дома» и «О природе привязанности ребенка к матери» нашли широкий отклик и послужили основой для широкомасштабных исследований. Боулби и его последователи подробно фиксировали различные параметры общения, а затем ставили мать и дитя в ситуации игры, исследования мира ребенком, расставания, смены взрослых, незнакомой обстановки и пр.

Привязанность – это не просто «отношения», но экзистенциальная связь. Ее образно называют «эмоциональной дозарядкой»

В результате возникло понимание того, что ребенок, рождаясь на свет физически, в первые пять-шесть лет жизни как бы невидимой пуповиной продолжает быть прикреплен к тому, кого называют значимым взрослым. Чаще всего это мать. Однако, возможно, дитя больше привяжется к няне, если та станет проводить с ним много времени. Немалую роль могут играть «вторичные значимые взрослые» – отец, бабушка или дедушка, – которых ребенок хорошо знает и которым доверяет. Опираясь на значимого взрослого, он получает способность нормально изучать окружающий мир и познавать самого себя. Привязанность – это не просто «отношения», но теснейшая, экзистенциальная связь. Некоторые называют ее образно «эмоциональной дозарядкой» ребенка.

Допустим, мы с вами наблюдаем картину гуляющей в парке мамы с ребенком. Малыш безмятежен и погружен в рассматривание природного мира вокруг. Вот его внимание привлекает стайка голубей на дорожке, и он раз за разом повторяет невинную шалость: бежит, взмахивая руками до тех пор, пока птицы не поднимаются в воздух. Мелькание и шум приводят юного исследователя в восторг. Кажется, он готов позабыть обо всем на свете! Но нет, бдительным оком он постоянно смотрит на родительницу. Когда расстояние становится больше допустимого, невидимая психологическая «пуповина» натягивается. Игра теряет привлекательность. Ребенок предпочитает вернуться и оставаться так близко к значимому взрослому, как того просит потребность в безопасности и «эмоциональной дозарядке».

Активный эмоциональный контакт со взрослым в первые годы жизни – залог психического здоровья. «Материнская забота, – говорил Боулби, – настолько же необходима для развития личности ребенка, как витамин D для развития скелета». Если положительная привязанность сформирована, ребенок развивается, мыслит, учится строить общение, имеет доверие к окружающим, уравновешен, уверен в себе, меньше подвержен страхам, лучше справляется с неожиданными ситуациями, проявляет положительные чувства к другим. Даже когда старший строг, дитя не теряет доверия и сохраняет послушание и добрый нрав. В подростковом возрасте данный тип менее склонен к протестному поведению, к обращению в кругу неблагополучных сверстников, а впоследствии хорошо справляется с выстраиванием дружеских, рабочих и любовных отношений и построением собственной семьи.

Подобный тип привязанности описан учеными как «надежный», или «безопасный». Три других: тревожно-двойственный, избегающий и дезорганизованный – являются следствиями нарушений в эмоциональном общении с матерью, пренебрежения ребенком либо утраты значимого взрослого.

Детям тревожно-двойственного типа свойственны беспокойство и перепады настроений. Ребенок неспособен объяснить свои желания и страдает из-за этого. Он в одно время ластится, а в другое все делает поперек или избегает родителя. Так бывает в случаях, когда мать сама ведет себя непоследовательно, двойственным образом, например то выказывает страстную любовь к нему, то впадает в истерики, считая ребенка виновником разрушенного личного счастья и карьеры. Противоречивые посылы: опекать или предоставлять самостоятельность, уделить малышу время или сохранить таковое для своих нужд, быть строгим или жалеть, потакать или наказывать – оставляют в детской душе ощущение неуверенности. Ребенок лишен возможности объяснить для себя поведение старшего и приспособиться к нему. В его душе поселяются беспокойство и неуверенность.

Семья выступает средой, в которой формируется привязанность, и вне семьи ее становление затруднено

При избегающем типе дети выглядят внешне спокойными и самостоятельными. Они не выказывают горя, когда мать уходит, и слабо отзываются на ее возвращение, оставаясь поглощенными своими детскими занятиями и общением с другими детьми. На самом деле в них глубоко засела обида на взрослых по причине недостатка общения и чуткости. В другом примере избегающее поведение прикрывает боль разлуки с тем, кто некогда был дороже и ближе всего. На собственном опыте ребенок убеждается, что отношения приносят разочарование. Занимая отчужденную позицию, он пытается оградить себя от повторения боли. Взрослые мыслятся как безразличные, часто совершающие предательство и злоупотребляющие детским доверием и своим превосходством. Таковы основания для будущих недоверия, агрессии, замкнутости, подавленности и мстительных чувств.

Наконец, дезориентированный, или хаотизированный, тип возникает в результате серьезного слома. Эти дети столкнулись с жестоким обращением и насилием в свой адрес. Боулби называет их «людьми, никогда не знавшими, что такое любовь». Ужас, пережитый в самом раннем возрасте и связанный с ненормальным, деструктивным поведением старшего, остается на всю жизнь. Дж. Боулби относит к числу дезориентированных и тех, кто родился в нормальных семьях, но затем был надолго разлучен со значимым взрослым. Чувства такого ребенка словно бы каменеют, а след детской травмы выражается во внутреннем хаосе – многочисленных пороках развития. В таких детях чаще укореняются преступные наклонности и душевные болезни.

Исходя из теории привязанности, родителям следует знать, что первые годы жизни ребенка – это чрезвычайно чувствительный, тонкий период. Постоянный контакт с детьми имеет значение большее, чем кажется. Семья выступает средой, в которой формируется детская привязанность, и вне семьи ее формирование затруднено.

Теория запечатления (импринтинга)

Импринтинг (иногда его называют мгновенным обучением или начальным программированием) по смыслу близок к привязанности. Разница в том, что, согласно теории привязанности, малыш нуждается в довосполнении через родительское «я». Учение об импринтинге, в свою очередь, утверждает особую силу моментальных запечатлений, полученных от родителя в период, называемый критическим или сенсибильным (чувствительным).

В начале ХХ века данный феномен был описан немецким зоологом и зоопсихологом Оскаром Хейнротом. Ученый наблюдал за поведением гусят, которые появлялись на свет в инкубаторе, затем некоторое время за ними ухаживал человек, а далее их помещали в гусиную семью. Оказалось, приемыши не были склонны считать гусыню своей мамой и с писком убегали к первому встречному человеку! Своими родителями птенцы считали людей. Чтобы успешно ввести гусенка в естественную гусиную семью, нужно было, забрав его из инкубатора, немедленно поместить в мешок, чтобы тот не успел увидеть людей.

Лоренц предположил, что с человеком происходит то же самое. В строго определенные критические моменты формирования личности двери души раскрываются – обонятельные, тактильные, зрительные и прочие элементы сходятся вместе – и щелкает как бы фотографический затвор: манера поведения и образ рядом находящегося взрослого быстро запечатлевается в психике, приобретая необыкновенную стойкость и оказывая влияние на последующие реакции и поведение.

Читайте также:  Рассчитать дату месячных и задержки

Наука не располагает точным знанием закономерностей импринтинга у человека, времени и условий наступления критических моментов и прочих скрытых нюансов. Далека она от того, чтобы управлять запечатлением. Однако имеются данные о связи начального программирования и типа взаимосвязи с родителем, страхов, процесса освоения ребенком языка, выбором им супруга во взрослой жизни. Импринтинг – одно из возможных объяснений наследования психических черт. Физическое сходство ребенка с родителями продиктовано генетикой, передача же из поколения в поколение определенных особенностей характера, склада личности, эмоциональных реакций, наклонностей и привычек вполне может опираться на механизмы мгновенного «впечатывания» в раннем младенческом возрасте. Психолог Жо Годфруа пишет: «Если выбрать 141 язык, на каждом из которых говорит не менее миллиона человек, то окажется, что эти языки содержат от 15 до 85 фонем. Как выяснилось, в первый год жизни почти каждый младенец способен без труда произносить до 75 различных фонем, с одинаковым успехом воспроизводя английское th, щелкающие звуки языка бушменов и арабские гортанные звуки. Другое дело, что не все его звуки получают подкрепление со стороны окружающих. Некоторые просто не замечаются, а другие, наоборот, встречают одобрение» [1] .

Если так, тогда добрый родитель, конечно же, кровно заинтересован в том, чтобы в свои первые годы ребенок утвердился в родстве, отпечатал бы в памяти близких людей, а образы, позаимствованные от матери и отца, оказались благоприятны.

Теория семейных систем

B 1954 году Национальным институтом психического здоровья (США) была начата научно-исследовательская программа, участники которой ставили перед собой цель: выявить механизмы появления детей-шизофреников от здоровых родителей. Руководил работой бывший военный врач Мюррей Боуэн, занимавшийся реабилитацией военнослужащих, участвовавших в сражениях Второй мировой войны. Еще на фронте он обратил внимание, что одни реагируют на стресс психическим срывом, другие же, пройдя через куда более суровые испытания, остаются здоровы.

Анализу подверглись не только индивидуальные истории и картины болезни, но взаимосвязи внутри семей и фамильные истории, уходящие иногда на несколько поколений вглубь. Гипотеза, которую проверял Боуэн, была в том, что психическую патологию ребенка невозможно рассматривать в индивидуальном контексте, но необходимо шире – как симптом семейной и даже родовой патологии.

Ученому удалось сформулировать положения системной теории семьи. Для Боуэна семья – это не просто сумма ее членов, но в первую очередь этос или эмоциональная атмосфера: правила, стереотипные формы реагирования друг на друга и на внешнюю среду. Ребенок не самодостаточен. Душевное его здоровье в семье обусловлено стилем взаимоотношений между родителями, структурой конкретного дома, количеством в нем детей, наличием младших и старших сестер и братьев (сиблингов) с распределением их по психологическим типам. Многое зависит от того, в какой мере родителями и детьми соблюдался баланс между близостью и уважением к отдельному «я»; не было ли явных диспропорций между доминированием одного и забитостью другого. М. Боуэн терпеливо прослеживал биографии родственников, выделяя восходящие и нисходящие ветви на родовом древе. Психическое неблагополучие, показывал автор, при определенных упущениях (дисфункциях) имеет свойство накапливаться из поколения в поколение. Именно эффектом накопления объясняется то, когда в очередном потомстве появляется «слабое звено» – психически больной ребенок.

Экспериментальными методами подтвердилась роль семейной среды для будущей судьбы ребенка

Труды Дж. Боулби, М. Боуэна и последователей способствовали изменениям в практике воспитания и опеки. Семьи сумели убедиться в неразрывной связи между матерью и малышом в первые годы жизни и в необходимости более тесного общения. Существенные сдвиги произошли в практике детских лечебных учреждений и в устройстве сирот в приемные семьи. До 1960-х годов матерям в большинстве случаев отказывали в госпитализации с ребенком. Малыш оказывался в двойном затруднении: имея проблемы со здоровьем, он тяжко переносил разлуку и одиночество. Опираясь на теорию привязанности, психологам удалось настроить мнение общества и руководство больниц в пользу совместного помещения в стационар ребенка и матери. В свою очередь приемные семьи получили множество практических рекомендаций, каким образом восполнить для малыша разорванную связь с родителями, преодолеть последствия депривации (дефицита внимания) и перейти к положительному типу привязанности.

Современное положение в науке

Увы, но к настоящему времени ветры переменились, и семейные ценности, преемственность, природосообразность искусственно вытесняются воззрениями совершенно иного рода. Общество приучают к идеям «разнообразия» (diversity), самых странных моделей поведения в рамках queer-культуры. В новой идеологии молодой человек независим, рассматривает наследственность и воспитание как нежелательное бремя и форму насилия над собой. На свое усмотрение он определяет себе пол и внешность. Средства пластической хирургии и симбиоз с цифровыми технологиями обещают ему бесконечную широту экспериментов над своим «я».

В рамках данного мировоззрения молодые люди отдают предпочтение социальному и становятся остро восприимчивы к последним новациям. Семейный мир, напротив, отождествляется с архаикой, этико-культурными ограничениями, от которых считается необходимым избавиться.

В психологии и психоанализе также начинают преобладать соответственные установки. Направления, утверждающие родительскую ответственность за детей, оказываются под давлением. Так, популярный учебник Аткинсонов-Смита «Введение в психологию» утверждает, что к семье в основном относятся негативные эмоциональные эффекты, «тогда как позитивные эффекты чаще являются социальными» [2] . В ряде исследований (Рейнгольд и Кук, Фаго, Перри и Бассей и др.) проводится мысль о насильственном навязывании родителями «сексистских» представлений по поводу подобающего и неподобающего для мальчиков и девочек. В том, что одних поощряют играть в машинки и лазать по деревьям, а других одевают в женственные наряды и приучают к игре в куклы, видится действие гендерных стереотипов. Демонстрация отцом и матерью моделей мужественности и женственности в семье также «сужает возможности свободного выбора». Семья разнополых родителей представляется в роли реакционного института и источника репрессий. Напротив, социальное научение, по мнению авторов, предоставляет больше возможностей в восприятии ребенком своей половой роли, которая «сама по себе не является ни неизбежной, ни неизменной» [3] .

Общая интенция современной психологии сводится к прямолинейной рекламе социализации, а роль семьи целенаправленно принижается

Общая интенция современной психологии сводится к прямолинейной рекламе социализации как наиболее необходимого и ценного в сравнении с семейным: «Дети учатся вести себя дома и вне дома по-разному, и именно поведение вне дома они берут с собой во взрослость. Это правильно, так как они не собираются проводить свою взрослую жизнь в доме родителей… Цель ребенка не в том, чтобы походить на мать или отца, а в том, чтобы быть преуспевающим ребенком. Дети должны научиться жить вне дома, в мире с другими правилами. Дети не являются послушными исполнителями воли родителей» (Джудит Харрис) [6] .

Таким образом, позиция ученого лишается объективности. Но многие их заключения выглядят смехотворными. Иммигранты, к примеру, не всегда поддаются ассимиляции. Наличие в США латиноамериканских кварталов и чайнатаунов, а в Западной Европе устойчивых турецкой, пакистанской или чернокожей диаспор показывает, что при желании родители вполне способны передавать детям язык и культуру. Однако психологи сосредотачивают свое внимание на семьях с ослабленными связями, без характерных убеждений и ценностей, растворенных в окружающей общественной среде, проводящих мало времени вместе, даже не задумываясь о том, что такие семьи меньше всего подходят для изучения наследования и воспроизводства через поколения.

Пропаганда усердствует в формировании нового общества человеко-трансформеров, ориентированных на собственный произвол и «апгрейд» технического обеспечения. Для России подобные эффекты пока незначительны, ограничены рамками субкультур и столичной «хипстерской» молодежи. И все же мы сочли необходимым дать православному читателю этот краткий обзор. Вопрос о роли семьи и – более конкретно – о первых пяти годах жизни ребенка встает в самый центр мировоззренческих баталий, и от решения его зависит, без преувеличения, ближайшее будущее. Сумеет семья подтвердить свою естественную близость, способность играть роль опорной конструкции общества? В противном случае идеологи и политики предпочтут другие способы управления массами. Либо наши дети будут помнить родство, либо мы все скоро станем свидетелями упадка и затухания человечности.

Клиническое открытие состояло в том, что разлуки, потери и недостаток родительского внимания оказывают огромное влияние на развитие личности и последующий жизненный путь. Сообщения Дж. Боулби по темам «44 малолетних вора: их характеры и жизнь дома» и «О природе привязанности ребенка к матери» нашли широкий отклик и послужили основой для широкомасштабных исследований. Боулби и его последователи подробно фиксировали различные параметры общения, а затем ставили мать и дитя в ситуации игры, исследования мира ребенком, расставания, смены взрослых, незнакомой обстановки и пр.

По мнению психотерапевта Гордона Ньюфелда, привязанность детей к своим взрослым предполагает несколько уровней, развитие которых в идеале проходит в течение первых шести-семи лет. При этом даже глубокая привязанность не предполагает полного слияния.

Читайте также:  Причины кровотечения в 32 недели

Привязанность связана с иерархией в отношениях. Детям нужны зрелые заботливые взрослые, которые умеют брать ответственность. Многие мечтают быть друзьями со своими детьми, но это означает строить отношения на равных. А родители — это не просто друзья своих детей, они на то и родители. Детям нужны те, кто их поведет, за кем следовать. Родители могут запрещать что-то, но важно делать это, сохраняя отношения. При этом переходить в другую крайность — авторитаризм или тиранию — тоже неверно.

В теории привязанности также нет идеи того, что ребенок слишком привязался к своему взрослому. Если ребенок постоянно цепляется за маму или папу, скорее всего, его привязанность не так глубока или какие-то потребности не удовлетворены.

Теорию привязанности (как и активное слушание, и принятие эмоций) зачастую используют в своих целях – сделаю ребенка послушным. Но это работает не так. При безопасных отношениях со своими взрослыми дети скорее всего расцветут, но это не значит, что они всегда будут послушны и удобны. Точно так же и с активным слушанием. Мы контейнируем эмоции не для того, чтобы ребенок наконец перестал плакать и чувствовать, а чтобы он прожил свои чувства, просто ему пока тяжело сделать это самому.

Так что крепкая и надежная связь с ребенком вовсе не означает того, что он «сядет на шею и свесит ножки», как раз наоборот: чем прочнее ваш контакт, тем выше вероятность того, что ребенок выйдет в мир уверенным в себе и умеющим по-настоящему справляться со своими эмоциями. Ведь он будет знать, что все они нормальны, а он сам — в полном порядке. А это не имеет ничего общего с неприспособленностью к самостоятельности. Поэтому не бойтесь быть в тесной связи с малышом — это как раз то, что ему и нужно.

Привязанность связана с иерархией в отношениях. Детям нужны зрелые заботливые взрослые, которые умеют брать ответственность. Многие мечтают быть друзьями со своими детьми, но это означает строить отношения на равных. А родители — это не просто друзья своих детей, они на то и родители. Детям нужны те, кто их поведет, за кем следовать. Родители могут запрещать что-то, но важно делать это, сохраняя отношения. При этом переходить в другую крайность — авторитаризм или тиранию — тоже неверно.

Согласно правилу привязанности, люди требуют столько, сколько недополучают. И удовлетворив свои эмоциональные потребности, они переносят внимание на внешний мир.

Типы привязанности: надежный, тревожный и избегающий

Взрослые, как и дети, реагируют на привязанность по-разному. Личностям с надежным типом привязанности комфортно рядом с любимыми, они нежные и заботливые. Тревожные личности нуждаются в близости, очень много думают об отношениях и беспокоятся о взаимности. А склонные к избеганию личности приравнивают близость к утрате независимости и старательно держат дистанцию.

Типы различаются по следующим параметрам:

— мнение о близости и отношениях;
— поведение в конфликтных ситуациях;
— взгляды на секс;
— умение выразить свои желания и потребности;
— ожидания от любимого человека и отношений.

Каждый человек, будь он на пороге юности или после сорока лет брака, относится к одному из перечисленных типов или, реже, сочетает характеристики двух типов (тревожного и избегающего). Чуть более 50 процентов людей — надежные, около 20 процентов — тревожные, 25 — избегающие, а оставшиеся 3–5 процентов попадают в редкую категорию тревожно-избегающих.

К какому типу привязанности отношусь я?

Первый шаг к применению теории привязанности в вашей жизни — это посмотреть на себя и своих близких с ее позиции. Давайте определим ваш тип привязанности и узнаем, как вы ведете себя в отношениях. Начнем мы с того, кого вы знаете лучше всех, — с вас.

Анкета основана на опроснике «Опыт близких отношений», впервые опубликованном в 1998 году. Если согласны с утверждением, поставьте галочку в квадрате напротив. Если не согласны, ничего не отмечайте.

  • Подсчитайте количество ответов А
  • Подсчитайте количество ответов В
  • Подсчитайте количество ответов С

Результаты

Чем больше ответов в одной категории, тем ближе вы к соответствующему типу: А — тревожный, В — надежный, С — избегающий.

Вы очень восприимчивы к переменам настроения и поступкам любимого человека. Отношения для вас полны переживаний и тревог. И в результате вы говорите и делаете то, о чем впоследствии сожалеете. Но если любимый человек поддерживает вас, вы меньше волнуетесь и становитесь уравновешенным.

Для вас естественно дарить нежность и любовь. Вы наслаждаетесь близостью и не боитесь потерять отношения. Вы умеете донести до любимого человека свои потребности и желания, правильно интерпретируете его эмоции и адекватно реагируете.

Независимость и самодостаточность для вас важнее всего, вы не готовы променять их на близкие отношения. Хотя вас тянет к людям, вы держите комфортную для себя дистанцию. Вы всегда начеку и не допускаете попыток контролировать вас или заходить на вашу территорию.

А если я все же не могу определить?

Обычно люди с ходу определяют свой тип привязанности. И сразу заявляют: «Я тревожный», «Я точно избегающий» или «Думаю, я надежный». Но не для всех это так просто. Если разница в баллах незначительная, напоминаем, что тип привязанности определяется двумя критериями:

— насколько комфортна для вас близость (или до какой степени вы стараетесь ее избегать);

— тревога по поводу чувств спутника и внимательности с его стороны (и как часто вы думаете об отношениях).

В книге «Подходим друг другу» есть также анкета на определение типа любимого человека — она дает примерное понимание, чего ожидать от вашего партнера, — а ещё подробное описание каждого типа. Понимая теорию привязанности, вы будете иначе воспринимать новые знакомства и нынешнего спутника.

Значит, у надежных людей не бывает проблем в отношениях?

Надежные люди не обязательно образуют пары друг с другом — бывает, они встречаются и вступают в брак с представителями других типов. Союз с тревожным и избегающим типом будет крепким, но только если надежные люди сохранят свой образ мышления.

Вы определили свой тип. Теперь что делать?

Практиковать конструктивное общение. Оно базируется на понимании того, что у каждого свои конкретные потребности и большинство их определяется типом привязанности. Это не хорошо и не плохо, это факт. Поэтому надо учиться выражать свои потребности, не выдвигая претензий и не вставая в оборонительную позицию.

Обычно конструктивное общение легко дается надежному типу. А вот двум другим — не очень. Если вы чувствуете, что вам сложно, попробуйте делать так.

— Совет тревожным. Когда слова и поступки любимого человека активируют механизм привязанности до такой степени, что вы на грани (собираетесь сбросить звонок, пригрозить уйти), — остановитесь. Подумайте, чего конкретно хотите, и внятно сформулируйте. Но поднимайте тему, только полностью успокоившись (некоторым на это нужно один-два дня).

— Совет избегающим. Однозначный признак, что пора конструктивно высказаться, — непреодолимая жажда свободы. Объясните любимому человеку, что иногда вам надо побыть в одиночестве и хорошо бы найти для этого способ, удобный обоим. Предложите несколько вариантов, учитывая интересы другой стороны. Так вы с большей вероятностью получите желаемое.

Учтите, что даже конструктивное общение не решит все проблемы сразу. Но если вы пытаетесь практиковать его, то уже делаете большую работу, которая скоро принесет отличные результаты.

Для вас естественно дарить нежность и любовь. Вы наслаждаетесь близостью и не боитесь потерять отношения. Вы умеете донести до любимого человека свои потребности и желания, правильно интерпретируете его эмоции и адекватно реагируете.

Основоположником теории привязанности является английский психоаналитик Джон Боулби, именно он в середине прошлого века указал на то, что стремление ребёнка быть в контакте с теми, кто о нём заботится является основополагающим инстинктом человеческого существования, а разделение с основными привязанностями — источником подавляющего большинства психологических проблем как в детстве, так и во взрослом возрасте.

Когда Джон Боулби впервые сформулировал основные постулаты теории привязанности, у него не было твёрдых доказательств своей правоты, но за последние 50 лет у нас появилась возможность в различных ситуациях наблюдать за работой мозга, не разрушая его. И все данные исследований по нейропсихологии говорят в пользу того, что привязанность действительно является основой смысла человеческого существования, а последнее десятилетие можно условно назвать вторым рождением теории привязанности.

Читайте также:  Сильно тужилась в туалете при беременности и что то вытекло

В 1999 году канадский психолог и психотерапевт доктор Гордон Ньюфелд (Gordon Neufeld) представил теорию взросления, основанную на привязанности. Собрав и соединив все лучшее из теории привязанности, различных теорий развития, теорий о человеческих взаимоотношениях, а также последние открытия в области нейропсихологии, Гордон Ньюфелд описал своё вИдение развития человека, где взросление — это природный процесс, который происходит спонтанно при благоприятных условиях и замирает, когда условия не столь подходящие.

Позитивные условия, при которых происходит рост и развитие ребенка, как уникального индивида — это глубокая, надежная привязанность со взрослыми, ответственными за ребенка. Доктор Ньюфелд подчеркивает, что привязанность — это не только стремление ребенка быть физически рядом с заботящимся о нем взрослом (так называемый бондинг), но любое стремление к контакту и близости: физическому, эмоциональному, психологическому.

Я впервые познакомилась с теорией Гордона Ньюфелда почти 6 лет назад и сразу же поняла, что она даёт ответы на все мои вопросы, касающиеся воспитания детей и взаимоотношений в семье. Два года назад я стала у него учиться, чтобы иметь возможность познакомить русскоязычных родителей и психологов с его теорией. С тех пор, как я начала писать о теории взросления на основе привязанности, я получаю много писем с благодарностью от родителей, которым этот подход уже помог наладить отношения со своими детьми.

Нам всем хочется, чтобы повзрослев наши дети стали свободными и независимыми.

Чтобы в жизни они не шли на поводу у других, а умели слышать себя, распознавать свои желания, следовать своим мечтам, чтобы видели долгосрочную перспективу своих поступков и не боялись принимать решения, чтобы умели сходиться с людьми, оставаясь самими собой. Нам бы хотелось, чтобы наши дети, выпорхнув из родительского гнезда и очутившись во «взрослом» мире, не начали бы растерянно озираться по сторонам в поисках опоры и ориентиров, а вошли во взрослую жизнь уверенными, имеющими контакт с самими собой людьми.

Но как, как научить ребёнка быть таким? И возможно ли этому научить? Научить быть любознательным и заинтересованным, чтобы ему нравилось пробовать новое, научить быть креативным и ценить оригинальность, научить проявлять инициативу, или иметь чувство собственного достоинства, научить думать или преодолевать страх и обстоятельства на пути к своей цели.

Наверное, я многих разочарую, когда напишу, что научить ребёнка всему вышеперечисленному невозможно. Как невозможно заставить расти дерево, или сделать яблоко спелым, покрасив его в красный цвет. И невозможно знаете почему? Да потому что всё уже заложено в ребёнке! Точно также, как в маленьком семечке уже заложена жизненая сила стать могучим ветвистым деревом, так и в нашем малыше уже заложена жизненная сила стать самодостаточным и зрелым взрослым.

Любой ребёнок, приходящий в этот мир уже имеет потенциал познать своё «Я», стать психологически независимым, жизнеспособным существом, «наполниться» собой, осознать свою ценность и реализовать себя. Этот потенциал не зависит от места рождения, национальности, материального положения или престижности посещаемой школы, он не передаётся по наследству, не зависит от интеллекта и ему невозможно обучить. У всех есть шанс стать зрелой личностью, однако, не все достигают в жизни своего потенциала, не все становятся свободными, психологически независимыми взрослыми.

Также, как на пути превращения невзрачного семечка в прекрасное дерево существует множество преград, так и на пути превращения младенца в зрелого взрослого возникает много помех и препятствий. Вырасти – не значит повзрослеть, и на пути к взрослению многие дети «застревают» в своём развитиии. Наша роль, как родителей — обеспечить условия для взросления, убрать препятствия на пути той жизненной силы, которая есть в ребёнке.

Чтобы ребёнок мог нормально развиваться ему нужны два условия:

Первое – приглашение существовать в нашей жизни, ощущение глубокой близости и безопасности, когда ребёнок на подсознательном уровне чувствовует: он желанен, его принимают, ему не надо постоянно доказывать, что он достоен любви. Речь идет, конечно же, о привязанности. Когда мозг ребёнка уверен в надёжности своих привязанностей, он может расслабиться и начать исследовать мир. Он может позволить себе быть смелым и оригинальным, дерзким и креативным, когда знает, что за спиной у него надёжный тыл, что даже в случае неудачи он в любой момент может вернуться под защиту любящего взрослого.

Второе приглашение, которое мы даём нашим детям – это приглашение проявлять свою индивидуальность и независимость, когда мы создаём пространство для развития, для познания себя и окружающего мира вокруг.

Но если первое условие не работает, то о втором не может быть и речи. Дети – существа, зависящие от привязанности. Привязанность первична, а взросление вторично. Если у ребёнка нарушена привязанность, то всю энергию мозг будет тратить не на самовыражение, а на поиск и удержание контакта и близости. Так что второе условие имеет значение только при наличии первого, потому что мозг в первую очередь решает задачу привязанности, а уж потом – развития.

Пока ребёнок находится в утробе матери, он привязан к ней физически. Когда малыш появляется на свет и мы перерезаем пуповину, наша задачей становится компенсировать ему потерю физической привязанности — создать ребёнку «психологическую утробу», невидимую пуповину, которая позволит ему жить, развиваться и, в конце-концов, стать «беременным собой» и «родить самого себя» на свет.

Чтобы понять свою роль при создании и поддержании психологической утробы, можно посмотреть, как происходит развитие ребёнка в утробе физической. Пока малыш находится внутри матери, то лучшее, что мы можем сделать – это обеспечить благоприятные условия, комфортную физическую привязанность, чтобы малыш не боролся в утробе за существование, а направил свою энергию на развитие. Тогда природа сделает своё дело, зародыш разовьётся и ребёночек родится. Счастье, что у нас до сих пор нет пособий по внутриутробному развитию и мы не озадачены ранним обучением младенцев в утробе дышать, кушать, спать и быть готовыми ко всему, что ждёт его снаружи.

Точно так же, при создании психологической утробы, самое лучшее, что мы можем сделать — это обеспечить условия.

Мы не можем натренировать ребёнка быть самим собой, мы не можем его «насильно повзрослеть», это — работа природы. Но мы можем создать и поддерживать надёжную и психологически комфортную привязанность ребёнка к родителю, чтобы его мозг мог насытиться близостью, расслабиться и начать развиваться.

Вопрос: Когда я была ребёнком, мы расли в очень стеснённых квартирных условиях и нам с братом практически ничего не разрешали делать, кроме как сидеть за столом и рисовать или тихонько читать книгу. Сейчас у меня свой ребёнок и я бы хотела помочь ему вырасти творческой независимой личностью. У нас в доме тёплая семейная обстановка, множество материалов для творчества и мы с мужем всячески поощряем инициативу ребёнка. Что ещё, по вашему, мы могли бы сделать?

Ответ: Я бы посоветовала создать в доме атмосферу, в которой ребёнок не будет бояться проявлять свою индивидуальность. Никогда не стыдите его за проявления самостоятельности и независимости, не смейтесь, если у него что-то не получается, или если его идеи кажутся вам банальными. Будьте осторожнее с наградами и похвалой.

Часто у детей пропадает желание заниматься тем, в чём их интерес и энтузиазм заметно меньше интереса и энтузиазма их родителей. Старайтесь больше внимания обращать на творческую составную деятельности, чем на форму. Как бы вам не хотелось увидеть «красивый» результат, сдерживайте порывы подправить, указать, как надо делать, научить «правильной» технике. Когда ребёнок не будет боятся ошибиться, сделать что-то «не так», ему будет легче проявлять себя без оглядки на мнение мамы и папы и он станет более свободным.

Чтобы в жизни они не шли на поводу у других, а умели слышать себя, распознавать свои желания, следовать своим мечтам, чтобы видели долгосрочную перспективу своих поступков и не боялись принимать решения, чтобы умели сходиться с людьми, оставаясь самими собой. Нам бы хотелось, чтобы наши дети, выпорхнув из родительского гнезда и очутившись во «взрослом» мире, не начали бы растерянно озираться по сторонам в поисках опоры и ориентиров, а вошли во взрослую жизнь уверенными, имеющими контакт с самими собой людьми.

Часовой пояс: UTC + 10 часов

Запрошенной темы не существует.

Возможно она была объединена с другой — попробуйте воспользоваться поиском

Часовой пояс: UTC + 10 часов

http://pravoslavie.ru/109220.htmlhttp://n-e-n.ru/attachisok/http://blog.mann-ivanov-ferber.ru/2020/06/19/kak-vy-vedete-sebya-v-otnosheniyax-test-na-opredelenie-tipa-privyazannosti/http://soznatelno.ru/svoboda-i-privyazannost/http://vladmama.ru/forum/viewtopic.php?f=71&t=111963

Давайте вместе будем делать материал еще популярнее, и после его прочтения сделаем репост в удобную для Вас социальную сеть

.

Оцените статью
Первая энциклопедия о детях для родителей